Самореализация через естественное научение

Обычно я не хожу на конференции. Когда я говорю с людьми я чувствую, что общаюсь с друзьями. Я лектор, который не лектор. Я просто разговариваю с людьми, которые хотели бы чему-то научиться. Также я не обычный учитель, а своеобразный учитель, который интересуется не своим учением, а тем, чему учатся люди. Поэтому я никогда в жизни не писал и не готовил лекций. Здесь много людей из Гильдии Фельденкрайза, которые знают меня и являются свидетелями того, что за четыре или восемь лет преподавания я никогда ничего не готовил заранее. На этот раз я написал статью, и, конечно, она мне не нужна.

Я написал ее, потому что не знал во что ввязался, и моя речь должна называться «Самореализация через естественное научение». Об «естественном научении» я мог бы говорить без подготовки, но о «самореализации» — что такое самореализация? Я не могу ничего сделать с абстрактными понятиями без бесплодных разговоров днями напролет. Мне нужны конкретные вещи, которые были бы понятны каждому, которые мы с вами можем понять и которые можем потрогать, увидеть или услышать. После того, как у нас появится некоторый общий опыт, мы сможем понять друг друга при вербальном общении. Иначе это невозможно. Я могу сказать слово «холистический», и вы поймете бог знает что под этим словом. Что это? Я выучил слово «холистический», как сказал вчера д-р Ломас, из книги фельдмаршала Смэтса. С тех пор я видел это слово настолько часто использованным и неверно употребленным, что больше не знаю, что оно означает.

Я должен начать с конкретных вещей. Что такое самоcть? Что такое реализация? Что такое естественное научение? Если мы не будем знать, о чем говорим, мы ничего не добьемся. Итак, для начала давайте посмотрим: что такое самость? Есть четыре с половиной миллиарда самостей, и нет двух одинаковых ни по отпечаткам пальцев, ни по иммунной системе. Мы не можем пересаживать что-то от одного человека к другому; каждый индивидуален, каждый абсолютно уникален. Это самость. Это простая вещь. Но в мире существует, допустим, 200 миллиардов таких существ, потому что каждое из животных тоже самость. Что является общим для всех этих самостей, так это фундаментальные биологические величины или свойства.

Во-первых, самовоспроизведение. Без самовоспроизведения не может существовать ни один вид. Все существующие виды, включая человека, должны уметь воспроизводить себя. Следующим является самообеспечение. Ни одно животное, ни одна бактерия, ни одно существо в мире не может существовать без поглощения кислорода или азота, как анаэробные бактерии. И вода необходима для всего живого, и пища. Без самообеспечения немыслимо, чтобы какой-либо вид существовал долгое время. На самом деле, обеспечение гораздо более важно, чем самовоспроизведение, потому что самовоспроизводство происходит не более одного-двух раз в год для большинства млекопитающих. Но если вы не дышите в течение двух-трех минут, вы не сможете дышать после этого уже никогда. Самосохранение еще более важно: не быть съеденным львом или удавом; не упасть со скалы, с высокой горы или с обрыва. Это может быть вопрос секунды, раз — и тебя нет. Эти три составляющие самости — самосохранение, самообеспечение и самовоспроизводство — общие для всех животных; здесь нет ничего сугубо человеческого. Ни одна из этих трех самостей не могут быть удовлетворены без самодвижения, движения или действия, как бы вы это ни называли. Вы не можете воспроизводить себя без движения; если вы не двигаетесь, ничего не произойдет. И вы не можете получить еду, воздух и воду без движения. Вы не можете избежать опасностей и сохранить себя, не убегая, не нападая и не проявляя осторожности в том движении, которое вы делаете — все то, что вы научились делать, чтобы выжить.

Хотя это является общим для всех живых существ на этой земле, человек сложен необычайными вещами, такими, как мышление, чувства, ощущения, сознание, сознавание. Что это за вещи? С чем мы будем иметь дело? Сознавание, сознание. Сознание тоже присуще большинству животных, но оно настолько отличается от человеческого, что можно сказать, что это совсем другое качество. Когда я спрашиваю людей для чего им нужно иметь сознание, большинство говорит, что этого достаточно, чтобы бодрствовать. Вы спите, вы проснулись, для чего вы хотите иметь сознание? И вообще, что вы делаете со своим сознанием? Что это? Разве недостаточно бодрствовать? Что ж, получается, что это не так, потому что вы сами можете увидеть это через личный опыт: например, вы можете проснуться и не знать, где вы находитесь, и не понимать, проснулись вы или нет. Вы можете вытащить ребенка из кровати и заставить его помочиться, потому что вы хотите, чтобы кровать оставалась сухой. Ребенок встает и, очевидно, чувствует, что встает. Он проснулся, что-то делает и возвращается в постель, но он не в сознании, он ничего не осознает и даже не помнит, что его подняли с кровати.

Так что бодрствовать не значит быть в сознании. Что значит быть в сознании? Когда вы без сознания, скажем, после автомобильной аварии, или просыпаетесь в больнице, не зная, где вы находитесь, первое, что вы говорите: «Где я?» Это на самом деле одна из сущностей сознания. Прежде чем вы сориентируетесь в гравитационном поле, чтобы знать, сидите вы или стоите, и смотрят ли ваши глаза на горизонт обычным образом, вы не знаете, спите ли вы, грезите ли вы, сидите ли вы, стоите ли вы, складываете ли руки или нет. Это одна из основных задач сознания: знать, где вы находитесь, что вы делаете.

Теперь, в чем разница между сознанием и сознаванием? Повторюсь: сознание имеет отношение к вашей ориентации в гравитационном поле. Без этого вы не знаете, где вы находитесь, кто вы, что вы делаете, или что с вами происходит. Сознавание — это быть в сознании и познавать что-то об этом. Например, я сейчас смотрю на вас и знаю, что вы – это вы, но, если вы спросите меня, сколько здесь людей, — я не знаю. Я должен их посчитать. Что мне делать, чтобы сосчитать их? На самом деле, это внутренняя задача. Я перевожу взгляд на вас и говорю: «один и два», затем «три»; я считаю свои собственные переключения внимания. Затем я хочу знать, сколько здесь женщин и сколько мужчин. Я снова переключаю внимание. Если я хочу посчитать горох, то делаю то же самое. Другими словами, подсчет — это внутреннее событие. Очень забавно. Мы думаем, что считаем апельсины; но на самом деле, считаем ли мы апельсины, горох, людей или что-то еще, мы считаем количество переключений внимания глаз или ушей. Я покажу вам кое-что очень интересное, почти невероятное. Однажды вы узнаете, к чему мы собираемся прийти. Сознавание — это вопрос познавания того, что вы делаете, познавания того, что вы осознаете. Вот мы кое-что сказали о самости, что, конечно же, только грубое описание. Если вы хотите узнать, что такое самость на самом деле, есть много психологических концепций и теорий. Мой собственный подход сильно отличается от того, что предлагают другие люди.

Итак, что такое реализация? Реализация чего? Если я хочу знать, что такое реализация, я могу её достичь, только если я знаю, каковы её ограничения. Другими словами, реализация чего? Реализация сознания четырех тысяч или четырех миллиардов людей, или как? Чего они хотят? Каждый хочет чего-то своего. Тогда как? Как он или она хочет что-то свое? Мы можем понять это через ограничения. Давайте посмотрим, как возникают ограничения.

Человек рождается tabula rasa (чистым листом). Незначительные способности, которые он имеет, приходя в мир из чрева матери, практически ничтожны. Он не может сделать ничего из того, что большинство животных могут сделать за несколько дней или недель. Для него все это связано с опытом научения. Что он может сделать? Большинство из того, что составляет животные функции организма, скажем, потоотделение, [нервная система] более-менее берет под контроль в течение одного-двух дней. Но все, что связано с человеческой жизнью и реализацией, отсутствует. Человек не может ходить, не может говорить, не может петь, не может свистеть, не может ничего делать. На самом деле, он не может заниматься математикой, не может заниматься музыкой — что бы вы ни придумали, он не может. Однако все это придет к нему. Как? У него высокоразвитая нервная система. У этой нервной системы есть только одно врожденное качество: любопытство. Это любопытство присуще всем животным; иначе они не знали бы, куда идти домой, и не знали бы, как избежать опасности. Единственное реальное свойство, которое присуще человеку — это любопытство. Благодаря любопытству человек учится понимать, что такое время, что такое ритм, что такое пение, что такое музыка, что значит говорить, ходить, бегать, прыгать, плавать — я не знаю всех функций, которые может выполнять человек — всем этим функциям он научается. Мы столь многому научаемся, и никто не знает у кого мы учимся говорить, и никто на самом деле не знает, как мы учимся ползать и ходить. К тому времени, когда мы сталкиваемся с людьми, такими, как Пиаже или фельдмаршал Смэтс или кем-то еще, мы имеем дело со взрослыми людьми; мы верим, что это человек такой, какой он есть. Но на самом деле нет ни одной из этих систем, которая не подверглась бы чрезвычайно длительному периоду естественного научения, который полностью отличается от академического обучения.

Академическое обучение не имеет ничего общего с вашим личным ростом, разве что в отдельных случаях и случайным образом. Следовательно, оно не связано со временем вообще. Это общественное событие и социальная необходимость. Мы учимся архитектуре, потому что архитектура необходима. Мы изучаем археологию, мы изучаем инженерию, мы изучаем химию и информатику, потому что общество не может существовать без них или существует лучше, когда они у него есть. Но ни одна из них не зависит от времени и никак не связана с ним. Я знаю, что доктор Трэгер когда-то давно был кем-то другим, а потом стал врачом; он мог этого вовсе не сделать. Он мог бы отложить это еще на 50 лет. Он мог осуществить это 50 лет назад. Нет предписаний, что вы вообще должны заниматься медициной. Я не занимался медициной, хотя хотел, и никогда не учился в медицинском колледже. Итак, вы видите, вы можете делать все, что угодно. Вы можете остановить это, отложить, никогда не сделать этого, или сделать это в любой выбранный момент своей жизни. Но попробуйте прокатиться на коньках, прежде чем вы сможете ходить! Сможете? Попытайтесь идти прежде, чем ползти. Любой, кто начал ходить, не ползая, уже имеет дефекты, и ему понадобится доктор Трэгер или кто-то другой, чтобы ему помочь. Подумав об этом, мы начинаем понимать, что реализация не такая уж простая вещь, если задуматься о том, как ребенок становится человеком, взрослым человеком. Вы обнаружите, что существует период естественного научения, когда вы не можете изменить время, последовательность или продолжительность научения — вы практически не имеете права голоса, — в то время как в академическом обучении вы владеете положением, потому что это социальное явление.

Давайте вернемся к реализации. Посмотрите, чему мы научились: говорить, ходить, стоять, писать, читать, сочинять музыку, учиться понимать математику и заниматься ею. Вы можете увидеть, что большинство наших занятий (профессий) обнаруживают жизненную реализацию или самореализацию как необходимость. Предположим, вы не можете ходить. Вы выросли, и вы не можете ходить. У вас может быть церебральный паралич, дистония, мышечная дистрофия, Бог знает что. Существуют сотни заболеваний, которые могут мешать вашей ходьбе. Жизненной реализацией для вас или для меня может быть возможность ходить или стоять без опоры, или двигаться без инвалидной коляски. Это реализация. Если я не могу говорить, если я заикаюсь, это может быть жизненной реализацией — уметь говорить ясно. У некоторых людей может быть жизненная реализация в пении. Например, пение и музыка были исключены из моего детства представлением моего отца об образованном человеке. Он думал, что бесполезно свистеть или петь. Я должен заниматься математикой, учиться, — что я, конечно, и делал. В 70 лет я подарил себе подарок на день рождения, потому что до 70 лет я получил около 200 галстуков на день рождения, и я больше не ношу галстуки. Первый подарок, который я себе сделал — это два года освоения игры на фортепиано. Моим учителем был мой ученик, композитор по имени Локнер. Затем я учился пению в течение трех лет. Только тогда, когда мне исполнилось 75 лет, я понял, чего мне не хватало всю мою жизнь. Сегодня я сожалею, что не начал, когда мне было 15 или 12 лет. Итак, вы видите, во всех тех вещах, которым мы научаемся, есть вопрос реализации. Есть вопрос реализации, если ты не можешь ходить; это реализация возможности ходить. Если у вас церебральный паралич с атетозом, быть более или менее похожим на всех остальных может быть вашей реализацией, что ни разу не то же самое, что быть самим собой. Вы обнаружите, что именно в этих ограничениях естественного научения и есть вопрос реализации.

Теперь давайте посмотрим дальше. Пение, музыка, математика, свист, ходьба, плавание – все действия, которые возможны, и устранение всех проблем, которые могут произойти с человеком, могут быть жизненной реализацией. У меня есть несколько необычных примеров того, как кто-то реализуется в своей жизни. Я определяю здоровье забавным образом, я уверен, что никто из вас так не делает. Когда я говорю, что уверен, есть вероятность, что я ошибаюсь, потому что всегда случаются неожиданности. Я полагаю, что у меня есть несколько оригинальных способов взглянуть на здоровье не потому, что я склонен быть оригинальным, а потому, что я делаю вещи конкретным образом. И вы можете увидеть, насколько это конкретно. Мое первое определение здоровья — человек, способный воплотить в жизнь свои неосуществленные мечты. Хотите верьте, хотите нет, но у большинства людей, когда они были детьми или когда они были подростками, были намерения организовать свою жизнь определенным образом, которые были вытеснены в долгосрочной перспективе. Но эти неосуществленные мечты продолжают жить в них, поэтому они могут быть несчастными всю свою жизнь, имея все, что хотят, но все еще будучи неудовлетворенными, чувствуя, что в их жизни не было реализации. Например, кто-то хочет рисовать, чувствует, что он или она художник, и за всю жизнь нет шанса это сделать. Условия таковы, что это невозможно. У меня есть такой живой пример — моя собственная мать. Моя мама начала рисовать в 80 лет, а до 80-ти у нее не было на это и минуты. Она рисовала до 93 лет и создала серии картин, которыми восхищаются многие художники. Эти неосуществленные мечты есть у многих людей; на самом деле, у каждого из нас. Сальвадор Дали — я не знаю, читали ли вы его биографию, — сказал, что, когда ему было пять лет, он хотел стать пожарным. Год спустя он решил, что хочет быть Наполеоном. С тех пор его амбиции продолжали расти. Как видите, таких примеров много.

Продолжая о моем определении здоровья, расскажу необычный случай, который был в Нью-Йорке всего несколько недель назад. Я проводил семинар в Нью-Йорке в Стэтлер Хилтон. Там было 350 человек, и мы работали целую неделю. Среди собравшихся были инвалиды; несколько человек были в инвалидных колясках, и одна женщина пришла с двумя четырехопорными костылями. Я не мог понять, зачем она пришла, что она хотела получить от моих уроков «Сознавания через движение», как она хочет совершенствоваться, но обычно такие люди действуют. Люди помогали ей ложиться на пол и вставать. Затем в какой-то момент мне сказали: «Вы учите нас сознаванию через движение. Мы слышали о «функциональной интеграции», которая представляет собой индивидуальный невербальный контакт с человеком. Не могли бы вы показать нам, что это? Мы хотели бы понять и получить в этом конкретный опыт». Я сказал: «Хорошо». Я оглянулся и спросил: «Есть ли здесь кто-нибудь, кто действительно инвалид?» Потому что если я буду работать всего полчаса, а человек не будет инвалидом, то, когда он встанет, вы не узнаете, был ли он загипнотизирован, что именно произошло, когда я потряхивал его здесь или там. Я хотел чего-то такого, что не могло бы достаточно сильно измениться за час. Я осмотрелся и выбрал эту женщину. У нее церебральный паралич, ей 49 лет. Она умная женщина, как и многие люди с церебральным параличом. Она библиотекарь в библиотеке Ла-Рошель в Нью-Йорке. Я сказал ей идти со мной, мы сделали импровизированный стол, и я положил её на него. Я сказал, что поработаю с ней минут пять без объяснений, чтобы на нее не повлияло то, что я говорю. А затем я повторял окружающим на словах то же, в том же порядке, в котором я это делал, чтобы они поняли, что я сделал. Во-первых, важен порядок, количество движений, которые вы делаете, и многое другое. Я работал с женщиной, и оказалось, что с объяснениями это заняло гораздо больше времени, чем я ожидал. Прошло около трех четвертей часа. Когда мы закончили, она плакала и смеялась одновременно. Сто человек в зале буквально плакали, видя какие изменения произошли. Я снял женщину со стола, взял её руку в танцевальную позу и сказал: «Просто следуй тому, что чувствуешь. Ничего не делай». Я двигал её очень аккуратно, и через минуту или около того мы вальсировали, она вальсировала. Затем она ушла, забыв костыли возле стола. Позже она приехала в Амхерст, где мы готовим 235 новых практиков, чтобы увеличить численность Гильдии Фельденкрайз. Она несла в руке один костыль, буквально несла его, подошла и встала рядом, пока я представлял её зрителям. Она отложила костыль в сторону и целый день сама стояла на ногах. Она сказала: «Это была моя неосуществимая мечта: быть способной стоять». В Нью-Йорке она сказала мне: «Теперь, когда эта неосуществимая мечта осуществилась, дайте мне еще одну мечту».

Иными словами, когда мы говорим о реализации или самореализации, можно увидеть, что на самом деле это гораздо сложнее, чем кажется. Если у вас есть конкретный способ увидеть это, у вас есть конкретные способы помочь. У вас не может быть конкретных путей, если вы не знаете, как мы вырастаем из ребенка, который не может говорить, не может ходить, не может свистеть, петь, говорить, заниматься математикой, не знает времена и ритмы, не знает ничего и учится всем этим вещам. Как ребенок приходит в состояние, в котором мы находимся? Очевидно, что всем этим вещам нельзя научить каждого ребенка, потому что это именно он учится. Вы не можете научить его, тому, что вы хотите. Он учится, и его способ научения на самом деле — это сенсорно-моторный путь. Первые полтора года это делается без размышлений. Только если мы поймем, как этот рост, это первоначальное сенсомоторное научение, формирует нас теми, кем мы являемся, когда вырастаем, мы сможем понять, что означает реализация. Тогда мы сможем обеспечить некоторых людей необходимыми средствами, в них самих, потому что у меня самого их нет. Я могу только создать условия, при которых они смогут научиться воплощать в жизнь свою неосуществленную мечту, погружаться в нее и обнаруживать, что они заархивировали также и средства в себе самих для её осуществления и реализации. Нет здорового человека, который бы не был таким. Я верю, что человек, который никогда не признавался в своих неосуществимых мечтах где-то на подсознательном уровне, чувствует, что он потратил жизнь впустую, и когда он состарится, он поймет это. Так что самореализация — это настоящая, жизненно важная необходимость.

Как только мы подходим к естественному научению с точки зрения того, как произошло научение, что оно сделало с человеком, как оно осуществляется и что означает научение само по себе, то обнаруживаем, что оно абсолютно отличается от того, что мы обычно думаем об этом, и оно работает необычайным образом. Я могу показать вам здесь и сейчас некоторые вещи, которые, вероятно, заставят вас удивиться, почему вы сами до них не додумались, а ведь могли бы.

Какова скорость чтения? Обычно это скорость речи. Сколько слов в минуту вы можете произнести? Около 300. Сколько слов вы можете прочитать? 300 слов в минуту. Сейчас это выглядит так, будто это человеческое качество. Вздор. Это не так. Дело не в том, что мы учимся читать и писать, используя руки. Вы должны скопировать «А» сто тысяч раз, и кто-то сообщает вам, что это «А». Потребуется некоторое время, чтобы научиться писать и читать. Это связано со слушанием слов, довольно медленным произнесением слов и движением рук, происходящим в сочетании с речью. Наше чтение связано со скоростью речи, со скоростью письма. Это так прошито в нашу нервную систему, потому что так наша нервная система учится. Это не случается с нервной системой само по себе, это не происходит неожиданно. Потребовались годы, чтобы мы смогли читать, писать и говорить. Все это связано между собой, и скорость задается привычкой к процессу научения. Но эти привычки полностью оторваны от наших биологических, физиологических способностей.

Все знают, что сейчас в Америке есть люди, которые научились читать по 3000 слов в минуту; Кеннеди мог бы это сделать. Думаю, в Америке нет такого города, где не было бы уроков скорочтения. Что они делают? Что-то вроде того, чем я занимаюсь с 1947 года — я не знал, что это называется скорочтением. Я назвал это просто становлением нормальным. Дело в том, чтобы речь отделить от мышления. Это означает, что нужно учиться не использовать речевую систему, которая является общей для всех и ограничивает всех. Если вы думаете в образах, в моделях, если вы думаете визуально, аудиально, ольфакторно или кинестетически, и вы не произносите слова даже подсознательно, каждый из вас может этому научиться, и за несколько минут вдвое увеличить скорость чтения, а также восприятия на слух. Отделяя речь от мышления, вы способны читать глазами практически две-три строчки одним взглядом. Люди научились читать со скоростью, в десять раз превышающей нормальную скорость — 3000 слов в минуту. Они видят содержание четче, а следовательно, лучше сосредоточены и лучше понимают. Я видел человека, читающего так книгу, парня по имени доктор Фрэнк. Я дал ему почитать книгу, и он перелистывал ее страницы раз в 10 секунд. Я спросил: «Что ты делаешь?» Он сказал: «Я читаю книгу». «Ты читаешь ее?» Он сказал: «Да». «Что в ней?» Он рассказал мне всё, что в ней было. Он научился делать это сам. Попробуйте дома, и вы будете удивлены. Возьмите страницу и перемещайте руку по первой строке, не пытаясь прочитать ее — только по первой строке, пять-шесть раз. Затем немного медленнее и немного быстрее, и вы будете удивлены, внезапно обнаружив, что вы знаете, что написано в этой строке. Достаточно сделать около 10-15 таких движений. Ты делаешь это, не произнося слова, и знаешь, что написано. Тогда сделайте это со второй строкой; это случится быстрее, а третья строка еще быстрее. Если вы потратите четверть часа на первой странице, просто перемещая руку, не пытаясь читать, просто смотря и следуя за рукой, вы обнаружите, что можете читать с той же скоростью, с которой движется ваша рука.

После того, как вы научились отделять речь от зрения, вы не только можете читать, не произнося слова, но и делать это в десять раз быстрее, чем раньше, вы открываете, что до этого ваше мышление было нулевым. Когда вы думаете так, как сейчас, когда слушаете меня, что вы делаете? Слова с чем связаны? Когда сейчас вы говорите, что с этим связано? Это синтаксически оформлено. Формируется по фразам. Какой поэт, художник, изобретатель, создатель когда-либо думал синтаксически оформленным языком в своем разуме? Это невозможно, потому что того, что он делает, того, что он создает, не существует. Поэтому для этого нет слов, нет фразы, не может быть синтаксиса. На самом деле, вы должны создать новое слово, чтобы выразить это, как Фрейд с бессознательным или как некоторые математики с воображаемыми числами. Как вы можете заниматься математикой посредством слов? Сейчас я могу говорить только то, о чем я уже думал на некоторых ранних этапах своей жизни, что я читал, что я узнал, что мне снилось, и то, что мне говорили другие люди. Но все это не имеет отношения к реализации моей жизни, потому что я на самом деле действую из памяти, переживаю, перемешиваю то, что было сделано раньше. Что это за вид мышления? Как бы вы подумали о чем-то новом, креативном? Это может произойти всего за две секунды в вашей жизни, если вообще произойдет. Если вы читаете «Лос-Анджелес Таймс», «Нью-Йорк Таймс»», «Финансовые новости Великобритании» и «Лондон Таймс» в течение 25 лет, что вы сможете сделать после 25 лет чтения? Что в вас улучшилось?

Мой способ преподавания — это привести учеников в условия, где они смогут научиться думать. Они должны научиться мыслить без слов — образами, узорами и связями. Такое мышление всегда приводит к новому способу действий. С этой тарабарщиной разговоров и размышлений, преследующих нас везде, мы можем говорить бесконечно долго, но ничего не изменится. Но если вы хоть на секунду задумаетесь о том, как устранить связь со словами, вы не сможете думать иначе, как в узорах, в порядках связей одного с другим. Вы не можете думать иначе, чем Эдисон, Гаусс или Лаплас. Вы думаете с элементами мышления. Может быть то, что вы делаете, уже кто-то придумал, но вы сами это придумали. Вы создали это. Таким образом, вы видите, научившись быстро читать — разделяя или отделяя говорение от мышления — вы начинаете думать впервые в своей жизни, оригинально, творчески. Вы будете удивлены, что вы можете сделать. Я был удивлен.

Я всю жизнь работал физиком. Я провел с Жолио-Кюри десять лет. Я был ученым в Британском Адмиралтействе и во многих других местах. До 50 лет я был ученым. С тех пор, столкнувшись с идеями, которые я вам сейчас объясняю, я создал более 10 000 часов записанных движений человека — комбинаций движений человека. Только люди, которые контактировали со мной, смогут их сделать. Это простые движения рта и рук, которые являются самыми сознательными частями нас самих. Я создал около 10 000 часов и записал 30 вариантов к каждому из них. Другими словами, я сочинил больше музыки, чем Бетховен и Бах вместе. Я и понятия не имел об этом всем.

Приведу простой пример: просто вытяните правую руку перед собой и поворачивайте руку до тех пор, пока ладонь не станет обращена вправо. Теперь скрестите левую руку с правой и переплетите пальцы левой руки с правой. Немного подтяните переплетенные руки к себе. Продолжайте, поместите свою голову в отверстие, сформированное вашими руками. Это ваш привычный способ переплетения пальцев. А как насчет того, чтобы переплести наоборот, непривычным? Люди даже не знают, что они способны на это. Если вы считаете, что это просто, я могу заверить вас, что это не так. Если вы делаете привычное за головой, вам будет удобно. Если вы делаете что-то непривычное позади вас, то вы обнаруживаете что-то забавное в пространстве вокруг. Очевидно, так и должно быть, потому что это преувеличение показывает то, чему научилась ваша система. Если я делаю привычное переплетение рук, этой руки, плеча, этой руки и головы, то делаю это так. Если я хочу сделать это наоборот, то должна произойти существенная переориентация головы, глаз и позвоночника. Если вы ляжете на пол, вы будете удивлены, насколько это будет отличаться, потому что лопатки, грудь, и все остальное движутся иначе. Вы можете увидеть, чем являются эти движения для людей, которые никогда это не изучали.

Зачем нам нервная система? Человечество еще несколько сотен лет назад не знало, что нервная система вообще существует. Если вы не знаете, что она есть, вероятно, вам это не нужно. Я считаю, что в этом и заключается суть. Кто-нибудь из животных знает, что у него есть нервная система? Разве лев или гепард не может бегать лучше, чем любой человек, хоть и совершенно не в курсе, что у него вообще есть нервная система? Сколько людей могут сказать где находится нервная система? Что вы об этом знаете? В каком состоянии она находится? Вы не знаете; я тоже не знаю. На самом деле, в процессе научения и роста получается, что хорошая нервная система — это та, о существовании которой вы не знаете. Как только эта нервная система выйдет из строя, и вы обнаружите, что х-х-х-отите дотронуться до в-в-в-ашего н-н-н-оса, и вы не м-м-м-можете его достать, тогда вы будете очень заинтересованы в том, что такое нервная система. Нервная система — самая ценная вещь на земле. Если убрать воду, которая составляет 90 процентов мозга, то ткань мозга сама по себе является самой ценной организацией на земле. Она встречается реже, чем кобальт, уран или что-то в этом роде. Ее гораздо меньше, чем драгоценностей на этой земле. Это так ценно, что Бог, или природа, или кто бы ни создал нас, позаботился, чтобы никто из нас не имел к ней доступа и разместил ее там, в нашем сейфе.

Природа, эволюция думает, что мы слишком глупы – если бы у нас была возможность потрогать мозг пальцем, он бы никогда не работал. Когда у кого-то мозг перестает работать как надо, кому-то придется вскрыть его голову для осмотра, и для нас лучше, чтобы этого никогда не произошло. Другими словами, здоровая нервная система не похожа на нервную систему так, как мы думаем о ней в обычном смысле холизма — это гораздо больше. Вообще-то, фельдмаршал Смэтс представлял это практически так же, как и я. Это чрезвычайно важная и сложная вещь, о которой следует многое узнать и использовать.

Я рассказал вам о чтении. А теперь кое-что еще более интересное — про слух и музыку. Обычно мы запоминаем мелодии. С помощью этой техники мы сможем помнить ноты мелодии, и мы сможем помнить множество отдельных спетых нот. Мы привыкли читать и говорить со скоростью 300 слов в минуту. Если я возьму магнитофон и включу вам то, что вы уже слышали, очевидно, вы сможете это услышать. Я советую вам дома взять магнитофон, прослушать с нормальной скоростью, перемотать назад услышанную фразу и нажать кнопку быстрой перемотки вперед. Вы будете удивлены, что с удвоенной скоростью вы сможете понять каждое слово уже услышанной фразы. Затем перемотайте назад на две фразы, одну из которых вы никогда не слышали, и вы обнаружите, что вы можете услышать другую с удвоенной скоростью. Уверяю вас, возьмите магнитофон уделите этому 10 минут, и вы научитесь слушать и понимать каждое слово в удвоенном темпе. [Примечание переводчика: для 80-х, видимо, это и вправду было открытием. Сейчас мы уже привыкли к возможности в один клик ускорить звук на youtube или в плеере, и многие этим пользуются. И если еще нет, то попробуйте!] Неважно, сто лет тебе или двадцать. Это показывает вам что происходит, когда вы понимаете и исследуете человеческий мозг, как мы это делаем в разделе «Функциональной интеграции». Завтра в конце дня мы покажем вам видеокассету с ребенком, больным ДЦП. Вы увидите, как эта система изменится за один час, и у многих из вас будут слезы на глазах. Вы увидите все от начала до конца, и многие пойдут домой и скажут, что видели чудо. У нас 190 таких кассет.

Это усовершенствованный холизм для улучшения жизни невероятными темпами в считанные часы вместо долгих лет. Вот что происходит с человеческим мозгом, когда он работает.

Многие пойдут домой и скажут, что видели чудо, у многих из вас будут слезы на глазах.

А теперь следующая вещь о слушании. Если я сделаю это [постукивает 2 раза], все будут знать, что их два, а затем [постукивает 3 раза], вы знаете, что это три. Возьмите блокнот и [постукивает 5 раз, быстро] посчитайте. Сколько? Пять. Вы это знаете. Теперь возьмите лист бумаги и карандаш, чтобы вы могли потом посчитать, совершили ли вы ошибку или нет. Теперь постучите им много раз, быстро. Сколько? Вы обнаружите, что уже через пять минут попыток, вы скажете 21. И вы насчитаете 21. Другими словами, как я утверждаю в своей новой книге «Неуловимое очевидное», мы никогда не используем более 10 процентов наших способностей, за исключением какой-то одной вещи, на которой мы строим всю свою жизнь. Там мы используем все наши способности или почти все. Но нет причин, почему бы вам не сделать это на всех уровнях своего существования.

Надеюсь, вы сможете воплотить все свои неосуществленные мечты.

Статья была отредактирована Марком Ризом из презентации, сделанной Моше Фельденкрайзом на Конференции Мандала 1981 года.

Оригинал: Self-Fulfillment Through Organic Learning
Перевод: Георгий Попов
Редактура: Татьяна Шередеко
Финальная редактура: Т.Т.

Поддержать проект и дальнейшие переводы материалов

Ваше участие и поддержка очень важны для меня. Это и обратная связь о ценности и важности проделанной работы, и ресурс чтобы продолжать переводить, создавать, и открывать доступ к полезным материалам для всех.

Поделиться в facebook
Facebook
Поделиться в vk
VK
Поделиться в telegram
Telegram
Поделиться в pocket
Pocket
Поделиться в whatsapp
WhatsApp
Георгий Попов

Георгий Попов

В данный момент сайт работает в режиме блога, где я собираю все свои тексты и переводы по теме соматического обучения. Сайт изначально задумывался как нечто большее чем просто блог, и со временем тут будут появляться новые разделы.

Добавить комментарий